«Фишер»: когда история преступника становится историей времени

Могу с уверенностью сказать, что прочитал большинство книг в стиле true-crime, выходивших за последние лет пять.

Есть книги про маньяков, которые читаешь ради самого преступления. Есть книги, которые пытаются разобраться, почему человек стал преступником. А есть «Фишер. По следу зверя» Александра Рогозы — книга, в которой история Сергея Головкина постепенно превращается ещё и в историю страны, в которой всё это происходило.

И вот это, пожалуй, самое интересное.

Если воспринимать «Фишера» как очередной true-crime, можно немного удивиться. Здесь нет бесконечного триллера, где на каждой странице обязательно происходит что-то страшное. Автор скорее раскладывает перед читателем материалы дела и постепенно собирает из них картину.

Написано это простым языком, без попытки сделать из преступника демонического персонажа.

При этом заметно, что книга рассчитана на читателя, который родился уже после описываемых событий. Автор объясняет вещи, которые для старшего поколения не требуют пояснений: сдачу стеклотары, джинсы-варёнки, бытовой мир на сломе эпох.

Поэтому «Фишер» может стать понятной точкой входа в true-crime для подрастающего поколения, которое пришло в жанр через подкасты, YouTube и документальные сериалы.

Сам true-crime в современной России за последние годы заметно вырос. Реальные уголовные дела теперь разбирают не только как газетную криминальную хронику, но и как самостоятельные истории. Для нового поколения это ещё и способ знакомиться с историей страны: советская эпоха воспринимается уже почти как другая страна.

Дело Фишера тоже стало частью этого интереса. О нём рассказывали популярные авторы true-crime, в том числе Саша Сулим и Василий Бейнарович.

При этом я бы не назвал книгу идеальной.

Иногда чувствуется её просветительская направленность: автор словно заранее предполагает, что читателю нужно объяснить контекст или бытовую деталь. Для человека, который хорошо знает советскую эпоху и давно читает true-crime, это может немного тормозить повествование. Плюсом идёт неприкрытое отвращение к событиям, происходящим в молодой России, и трепетное отношение к СССР.

Мне кажется, «Фишера» лучше читать не как историю про «монстра».

Когда преступника превращают в монстра, становится слишком легко дистанцироваться: вот он — ненормальный, вот мы — нормальные.

А гораздо страшнее другой вариант.

Перед нами обычный человек. С обычной биографией, внешностью и бытовыми обстоятельствами.

Именно поэтому история Головкина так цепляет. Она напоминает неприятную вещь: зло далеко не всегда выглядит как зло.

Иногда оно выглядит как сосед, коллега или знакомый.

Отдельно стоит сказать о Василии Бейнаровиче. Он давал рецензию на эту книгу, а его комментарий появляется в последних главах, где история Фишера выходит за рамки конкретного уголовного дела.

Бейнарович разбирает самый неприятный вопрос: можно ли было раньше понять, что перед нами будущий маньяк, и можно ли было что-то сделать до появления новых жертв?

Последние главы позволяют посмотреть на историю уже не только глазами следователя или журналиста, но и глазами психиатра.

И здесь книга становится особенно интересной. Нам недостаточно просто знать, как маньяка поймали. Хочется понимать, почему тревожные сигналы оставались незамеченными и существовал ли момент, когда всё ещё можно было изменить.

Поэтому «Фишер. По следу зверя» для меня — не столько книга о маньяке, сколько книга о времени, в котором маньяк смог долго оставаться незаметным.

Для старшего читателя это возвращение в знакомую эпоху. Для молодого — путешествие в незнакомый СССР. Для всех вместе — довольно мрачная история о том, насколько обманчивой может быть самая обычная жизнь.